Все в наших руках, поэтому их нельзя опускать!

Прототип Джоконды — Пачифика Брандано

      По версии известного итальянского историка-искусствоведа Роберто Заппери,  на картине «Джоконда» изображена любовница флорентийского правителя Джулиано Медичи Пачифика Брандано.  К настоящей Моне Лизе дель Джокондо дама, изображенная на картине, отношения не имеет. Ошибку внес Джорджо Вазари, когда составлял энциклопедический труд о мастерах Возрождения.

     Заметим, что женщина изображена в траурном одеянии. Сходится  все: место пребывания художника, время написания, траур овдовевшей Пачифики… При этом она пользовалась дурной славой. Не очень красивая внешне, Пачифика была обольстительницей — умной, коварной, дерзкой. Современники отмечали и странную полуулыбку-полугримасу, с которой не расставалось ее лицо. Пачифика была светской львицей, от нее сходили с ума и накладывали на себя руки. Некоторые считали, что она — ведьма, сам порок и грех.

     А 25-летней Лизе (именно столько ей было, когда Леонардо писал знаменитую картину) скорбеть было не по ком. Она была счастлива в браке с богатым флорентийским магнатом Франческо дель Джокондо. Да и другие ее портреты отличаются от изображения да Винчи, который был великолепным рисовальщиком и дотошным документалистом.

    Портрет Пачифики был заказан Джулиано Медичи для узаконенного им позже внебрачного сына, жаждавшего увидеть мать, которая к этому времени уже умерла.

     Пачифика имела мягкий и веселый нрав, была хорошо образована и являлась украшением любой компании. Немудрено, что такой жизнерадостный человек, как Джулиано, сблизился с ней, свидетельством чему явился их сын Ипполито.

Прототип Джоконды - Пачифика Брандано     В папском дворце для Леонардо была оборудована прекрасная мастерская с подвижными столами, с рассеянным светом. Во время сеанса играла музыка, пели певцы, шуты читали стихи — и все это для того, чтобы Пачифика сохраняла постоянное выражение лица. Картина писалась долго, она поражала зрителя необыкновенной тщательностью отделки всех деталей, особенно лица и глаз. 

     Пачифика на картине была как живая, что изумляло зрителей. Правда у некоторых нередко возникало чувство страха, им казалось, что вместо женщины на картине может возникнуть чудовище, какая-нибудь морская сирена, а то и еще что-нибудь похуже. Да и сам пейзаж за ее спиной навевал что-то таинственное.

     Знаменитая с косиной улыбка Пачифики тоже никак не соответствовала понятию о праведности. Скорее здесь было некоторое ехидство, а может быть что-то из области колдовства. Именно эта загадочная улыбка останавливает, завораживает, тревожит и зовет проницательного зрителя, как бы вынуждая его вступить в телепатическую связь с изображением.

Прототип Джоконды - Пачифика Брандано     Кстати, подобная улыбка была присуща самому Леонардо. Об этом свидетельствует картина его учителя Вероккио «Товия с рыбой», при написании которой моделью архангела Михаила послужил Леонардо. Да и в статуе Давида учитель несомненно воспроизвел облик своего ученика с его характерным насмешливым выражением лица. Может быть, это обстоятельство позволило в наше время предположить, что моделью для «Джоконды» явился сам автор, т.е. картина — его автопортрет в женском одеянии.

    Компьютерное сравнение картины с известным автопортретом красным карандашом, хранящимся в Турине, не опровергло это предположение. Определенное сходство действительно имеется, но этого совершенно недостаточно для каких-то дальнейших выводов. Кстати, Леонардо говорил, что многие живописцы, кого бы ни изображали, портретируют самих себя. Хотя это утверждение было укором другим, но оно вполне могло в определенной мере коснуться и его самого. Некоторые собственные черты живописца могли объединиться с чертами модели, тем более, что он заканчивал работу над портретом в ее отсутствие. Скорее всего именно это и заметил компьютер.

     Непростой сложилась судьба Пачифики. Ее брак с испанским дворянином был недолгим — муж скоро умер. Джулиано Медичи не захотел взять в жены свою любовницу, а вскоре после женитьбы на другой умер от чахотки. Сын Пачифики от Джулиано скончался молодым, будучи отравленным. Да и здоровье самого Леонардо за время работы над портретом пришло в полное расстройство.

     Судьба людей, приближающихся к Пачифике, оказалась трагической, подобно бабочке, летящей к огню. Видно она обладала силой притягивать к себе мужчин и, увы, забирать их энергию и жизнь. Вполне возможно, что ее прозвище было Джоконда, что означает Играющая. И она действительно играла людьми, их судьбами. Но игра с таким хрупким предметом всегда кончается одинаково — предмет разбивается.

     И гениальность автора знаменитого портрета заключалась не только в точном воспроизведении физического облика своей модели, но в необыкновенной по достоверности передаче ее роковой сущности.

     Джулиано Медичи, желавший укрепить связь с французским королевским семейством, женился на принцессе Филиберте Савойской. Но в составе свиты вместо Леонардо в Савойю отправился его ученик Чезаре да Сесто. Для того, чтобы не огорчать невесту изображением недавней возлюбленной, Леонардо был оставлен в Риме, продолжая вносить изменения в картину, с точки зрения любого стороннего наблюдателя являющейся совершенно законченной.

     Но какая-то сила заставляет его продолжать работу, хотя на него нередко накатывается усталость и апатия, ранее никогда ему незнакомые. Правая рука его трясется все сильнее и сильнее. Хотя он с детства был левшой и часто попадал из-за этого под насмешки, связанные с суеверием, что левой рукой водит сатана или нечистая сила, работать ему было все трудней и трудней.

     Кстати, особенностью Леонардо был особый вид его письма — справа налево, причем буквы писались зеркально отраженными. То ли так ему было удобно писать левой рукой, то ли свои записи он таким образом укрывал от чужого взгляда. Мог он писать и обычным способом, применяя его иногда среди своего текста для окончательного запутывания любопытных.

    Восторг и восхищение творением великого флорентийца соседствуют с загадками и страхом.

      Удивительная способность полотна доводить впечатлительных людей до обморочных состояний обнаружилась в XIX веке, когда Лувр после бурь революций 30-40-х годов открылся для публичного посещения. Не минула чаша сия и писателя Стендаля. Неожиданно для себя он остановился у «Джоконды» и некоторое время любовался ею. Кончилось дурно — титан романтизма пал жертвой творения мастера Возрождения. Подобные случаи не единичны, их зафиксировано уже более сотни. Кто же изображен на полотне? Не кроется ли загадка в самой модели?
         
     Следы Пачифики затерялись, никто не знает ее дальнейшей судьбы. Она — типичный энергетический вампир. И надо же было так случиться, чтобы именно Леонардо поручили писать образ этого монстра.

         Гений мастера сотворил чудо (если можно так говорить) — перенес на полотно энергетику Пачифики. Художник постиг то, к чему стремился всю жизнь. Он хотел воплотить не только образ и черты модели, он замахнулся на передачу эмоций и настроений. Ему удалось то, что озарит художников лишь в XIX веке, в эпоху романтизма.

         Следует упомянуть еще одну деталь. Леонардо разработал свою особую манеру письма и исключительный рецепт красок. Последние исследования показали, что химические реакции ингредиентов происходят на полотне до сих пор. Мало того, краски «перемещаются» по картине, слегка изменяя то, что видели предшественники нынешних созерцателей.

      Джулиано оставил портрет Пачифики художнику, продавшего в конце концов портрет французскому королю за крупную сумму. Может быть Джулиано чувствовал страшную силу картины, а может быть он хотел скомпенсировать Леонардо утрату здоровья и старческое разрушение, настигшее его неожиданно, подобно тому, как погибали сами Медичи. «Медичи меня создали и разрушили» — заметил в дневнике Леонардо, сокрушаясь по поводу резко ухудшившегося здоровья.

        Работники Лувра подметили, что длительные перерывы в работе музея приводят к потускнению «Джоконды». Но стоит посетителям вновь заполнить Лувр, и Мона Лиза оживает: краски становятся сочнее, фон — светлее, улыбка — отчетливее…

     Возможно, не Медичи, явились причиной разрушения мастера, а синьора Пачифика, роковые качества которой наложили отпечаток на его дальнейшую жизнь. Этому способствовало само общение с ней, а затем — ее живописное воплощение, произведенное Леонардо… На службе французского короля Леонардо проектировал пышные празднества, новый дворец для короля, канал, но все это было совсем не того уровня, что раньше. За год до смерти он написал завещание.

      Прежде такой энергичный, Леонардо сильно сдал. Непривычным для человека, в молодости спокойно гнущего рукой подковы, было постоянное чувство усталости. Еще недавно он писал, пытаясь разными словами выразить одну мысль: «Скорее лишиться движения, чем устать. Скорее смерть, чем усталость. Я не устаю, принося пользу. Все труды неспособны утомить меня.» Неправда ли, очень похоже на современную аутогенную тренировку? Теперь его состояние близко к тому, что в наше время характеризуется синдромом хронической усталости. Он неделями не встает с постели, правая рука окончательно перестала ему повиноваться. Такое состояние не могло продолжаться долго и в возрасте 67 лет титан Возрождения угас. Так Пачифика явилась и причиной создания необыкновенного творения, и причиной быстрого угасания великого ученого и инженера, архитектора и художника…

      Гоголь в повести «Портрет» упоминает портрет Леонардо да Винчи, над которым великий мастер трудился несколько лет и все еще считал неоконченным, хотя его современники почитали эту картину за совершеннейшее и окончательнейшее произведение искусства. Нет никаких сомнений, что Гоголь имеет в виду знаменитую «Джоконду», хотя и не называет ее. Но в связи с чем понадобилось Гоголю вспоминать Леонардо да Винчи? Напомню, что действие повести начинается с того, что молодой бедный художник Чартков на последние деньги покупает выбранный им из старья портрет старика в азиатском костюме, глаза которого не только были тщательно отработаны, но и странным образом казались живыми, оставляя у смотрящего на портрет неприятное, странное чувство. Так вот, придя домой, отмыв купленный портрет от грязи и повесив его на стену, Чартков пытается понять причину возникновения странного чувства.

      Именно в это время он вспоминает о «Джоконде», как о ближайшем аналоге необыкновенного приобретения. Нельзя не процитировать ход дальнейших рассуждений Чарткова под впечатлением портрета старика: «Это было уже не искусство: это разрушало даже гармонию самого портрета. Это были живые, это были человеческие глаза! Казалось, как будто они были вырезаны из живого человека и вставлены сюда. Здесь не было уже того высокого наслаждения, которое объемлет душу при взгляде на произведение художника, как ни ужасен взятый им предмет; здесь было какое-то болезненное, томительное чувство… Почему же простая, низкая природа является у одного художника в каком-то свету, и не чувствуешь никакого низкого впечатления; напротив, кажется, как будто насладился, и после того спокойнее и ровнее все течет и движется вокруг тебя? И почему же та самая природа у другого художника кажется низкою, грязною, а между прочим, он также был верен природе? Но нет, нет в ней чего-то озаряющего. Все равно как вид в природе: как он ни великолепен, а все недостает чего-то, если нет на небе солнца.»

      И еще о пугающем портрете: «Это уже не была копия с натуры, это была та странная живопись, которою бы озарилось лицо мертвеца, вставшего из могилы.» Напомним, что под влиянием этой картины у Чарткова начались галлюцинации и страшные сновидения. Ему казалось, что старик выходит из картины, садится к нему на постель и считает золотые монеты, и вдруг… на следующий день мечта Чарткова разбогатеть материализовалась — из рамы портрета старика выпал сверток монет, тот самый, что привиделся ему во сне.

Привалившее богатство сделало Чарткова модным портретистом, но счастье не пришло. Золото давало ему обеспеченность и почет, но отнимало мастерство живописца и способность уважительно относиться к своим молодым коллегам. Вдохновение уже не казалось ему необходимым условием творчества, гораздо важнее представлялась ему аккуратность. Утрата таланта привела к зависти по отношению к талантливым художникам, к озлоблению на весь мир, а в итоге — к потере богатства и к ужасной смерти. Он понял, что необыкновенный портрет, купленный им в пору бедной молодости, явился причиной его превращения.

      После смерти Чарткова открылась история создания портрета. Оказалось, что замечательному художнику-самоучке заказал этот портрет ростовщик, которого многие считали дьяволом из-за того, что судьба всех людей, бравших у него деньги взаем, была ужасной. В них вместе с деньгами как бы вселялась злая сила, приводившая к гибели. Ростовщик, чувствуя близкую смерть, заказал портрет для того, чтобы сверхъестественной силой продолжать жить в этом портрете. Художник, желая попробовать себя в изображении дьявола, согласился, но чем ближе он приближался своим портретом к натуре, тем сильнее в нем возникала тягость, тревога. Глаза портрета «вонзались ему в душу и производили в ней тревогу непостижимую.» Хотя художник не смог завершить свою работу, портрет казался законченным и после скорой смерти ростовщика оказался у него. Последующая за этим утрата таланта, смерть жены и двоих детей привела его к мысли, «что кисть его послужила дьявольским оружием, что часть жизни ростовщика перешла в самом деле как-нибудь в портрет, и тревожит теперь людей, внушая бесовские побуждения, совращая художников с пути, порождая страшные терзанья зависти». Может быть Гоголь разгадал роковую сущность «Джоконды» и свою догадку закодировал повестью «Портрет», боясь быть непонятым современниками?

       
         ИСТОЧНИК 1

ИСТОЧНИК 2

 ИСТОЧНИК 3 

 ЕЩЕ: Кто изображен на картине «Джоконда»

В РАЗДЕЛ «ДЖОКОНДА»


Опубликовала Ольга Дмитриева, 24.05.2010
Комментарии Facebook
Комментарии ВКонтакте

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ЦИТАТА ДНЯ:

узнай сейчас...

Adblock detector